Событие, которое произойдет 20 октября в Большом зале Московской консерватории, вряд ли внешне покажется странным или даже особенным, просто будет дан очередной абонементный концерт Российского национального оркестра. Все будет тихо и церемонно, как это всегда любил делать дирижер Михаил Плетнев. Но именно этот концерт фактически станет знаком возвращения Плетнева в свой коллектив, который он оставлял на три года. Возвращение отец-основатель РНО отметит московской премьерой своего собственного сочинения — Каприччио для фортепиано с оркестром. Как и полагается худруку, Плетнев будет стоять за пультом оркестра, а соло исполнит его старый друг — пианист Николай Луганский.

Михаил Плетнев — известнейший пианист, дирижер самого дорогого и единственного отечественного частного оркестра — в качестве композитора в Москве почти не известен. Мало кто знает, что еще в годы учебы в Московской консерватории он факультативно проходил композицию и что в его столе, кроме десятка переложений для фортепиано симфонических произведений Петра Чайковского и Родиона Щедрина, кроме переоркестрованых двух концертов Шопена и переложенного для кларнета бетховенского скрипичного концерта, лежит собственный фортепианный квинтет и альтовый концерт, посвященный Юрию Башмету. Впрочем, некоторые из особо ярых поклонников универсального музыканта помнят в 1998 году тихую премьеру «Классической» симфонии Плетнева в стенах Третьяковской галереи. Тогда, как и ожидалось, Плетнев-композитор (как и Плетнев-пианист и дирижер) оказался крайне холоден и консервативен в плане выбора музыкально-изобразительных средств. Он не стал насиловать свой оркестр, стучать инструментами и распиливать струны в надежде выдавить дикие апокалиптические шумы (как это учил делать во второй половине прошлого века маэстро Кшиштоф Пендерецкий), Плетнев не стал вводить в свою симфонию хор и чтецов, как это делал Шостакович. Такую музыку мог бы полтора века назад написать Танеев или Римский-Корсаков: ясная запоминающаяся мелодия, стабильные классические (иногда маршевые, иногда вальсовые) ритмы и прозрачная, математически высчитанная классическая форма с загадочными прологами, спокойными экспозициями, изобретательными разработками и жизнеутверждающими репризами и кодами. Видимо, именно такой будет и премьера Каприччио, которое 17 лет назад единственный раз исполнялось Белорусским государственным симфоническим оркестром в Минске. В любом случае — данная премьера станет триумфом Плетнева-победителя, вернувшего себе созданный им более десяти лет назад оркестр.

Сегодня, когда громкий скандал с уходом из коллектива Владимира Спивакова позади, можно без эмоций взглянуть на происшедшее и понять то, что же происходило за кулисами публичной перепалки бывшего худрука РНО Спивакова и гендиректора оркестра Сергея Маркова. За пару с лишним лет, что Спиваков пробыл главным дирижером коллектива, он внес в самый спокойный и консервативный отечественный коллектив дух жизнелюбия и превратил РНО в завсегдатая газетных полос и светских хроник. Однако за харизматическим лидером-Спиваковым, который в отличие от своего предшественника Плетнева не сторонился журналистов и при каждом возможном случае делал рекламу коллективу, пресса не видела внутреннего раскола РНО. Коллектив разделился на «плетневцев» и «спиваковцев». Кроме всего прочего, директор оркестра, Сергей Марков, по сути бывший инициатором приглашения Спивакова, не мог не видеть, что график гастролей необходимо заново согласовывать с многочисленными импресарио, раньше работавшими с «плетневским» РНО, да и контракт со звукозаписывающей компанией «Дойче Граммофон», когда на пост худрука встал Спиваков, был практически заморожен. Вместо традиционных трех-четырех записей в год коллектив получил пару студий за три года. По словам г-на Маркова, это «не большие деньги», однако коллектив таким образом в лице друзей Плетнева из «Дойче Граммофон» лишился сильного лоббиста за рубежом, который обеспечивал эффективную рекламу коллективу все десять лет.

Не мудрено, что, когда в прошлом году дирекция попросила сделать своих импресарио мониторинг, коммерческие позиции коллектива оказались слишком низкими, чтобы поддерживать реноме оркестра на прежнем уровне. В самой же стране, даже при поддержке Путина, Швыдкого и Лужкова, Спиваков так и не смог пробить серьезных льгот для РНО (за исключением разве что собственного концертного зала в строящейся лужковской филармонии на Красных холмах).

Таким образом, решение дирекции о непродлении контракта со Спиваковым (формально контракт должен был закончиться в 2004 году) похоже на капитуляцию перед сторонниками Михаила Плетнева. Но именно возвращение Плетнева на прежний пост худрука и главного дирижера сегодня поможет сохранить коллектив. Что же до Владимира Спивакова — по слухам, министр культуры Михаил Швыдкой пообещал маэстро не оставить его без большого российского симфонического оркестра: пусть это будет не «национальный», но зато «государственный» оркестр. Ведь мертвых душ на балансе Минкульта сегодня насчитывается немало. Один из таких коллективов (оркестр «Молодая Россия») поручен в этом году давнему конкуренту Спивакова — Юрию Башмету. Если другой госоркетр вдруг возглавит Владимир Спиваков — возникнет настоящая конкуренция, которая наверняка заставит погрязших в выяснении отношений с дирекциями и профсоюзами музыкантов заняться творчеством и всерьез конкурировать друг с другом. Не исключено, что Спиваков в скором будущем может возглавить осиротевший светлановский оркестр, которым сейчас на птичьих правах руководит Марк Горенштейн.

Пока же — в Большом зале консерватории выступает Михаил Плетнев с Российским национальным оркестром, он же через месяц готовится почтить память Евгения Светланова. Участие в концерте (как планировалось ранее) Владимира Спивакова пока находится под вопросом. Не исключено, что к тому времени маэстро Спиваков сможет почтить память маэстро Светланова уже с его оркестром.
>
>