Президент фонда «Мир искусства» Владислав Тетерин перед явлением Чечилии Бартоли московским журналистам и студентам консерватории носился между рядами и уговаривал: «Синьора Чечилия так эмоциональна, встретьте ее как полагается».

Затем он уже в начале пресс-конференции заявил, что после смерти Святослава Теофиловича Рихтера место самого обожаемого героя публики было вакантно. И вот теперь главным музыкантом земли русской станет красавица, дива и маэстра, легчайшее меццо-сопрано в мире Чечилия Бартоли: «Я не считаю Чечилию Бартоли суперзвездой. Она солнце, то есть жизнь, то есть совершенство».

Синьору Бартоли не сразу даже узнали. Она снова похудела (злобные иностранные журналисты говорят, что фигура госпожи Бартоли переменчива, как морская волна). Выглядит она как отлично ухаживающая за собой восточная владелица нескольких коммерческих палаток. Тонколицая гордая принцесса с обложек пластинок Чечилии Бартоли, видимо, только на этих обложках и существует.

Ну и еще, разумеется, в воображении поклонников. У госпожи Бартоли их целая армия, сравнимая с фанатскими сообществами поп-звезд и клаками оперных див прошлого. Кроме собственно фанатских прелестей – бесконечных форумов и угроз самоубийства в случае, если кариссима Чечилия наконец выйдет замуж, это приносит еще и вполне ощутимые дивиденды: ее последний «Salieri Album» продается огромными тиражами, не говоря о полностью раскупленных билетах на оперы и концерты.

Чечилия Бартоли не просто оперная певица, хотя ролей у нее очень много и критика неизменно хороша. Она действует как отличная поп-певица и, записав альбом, рекламирует его большим гастрольным туром.

Дискография ее довольно обширна, но есть три диска, которые по-настоящему потрясли мир. Это «Vivaldi Album», на котором госпожа Бартоли поет арии гения итальянского барокко с аутентичным камерным оркестром, «Gluck Album» и совсем свежий «Salieri Album», посвященный самому одиозному композитору Европы.

Сальери победил историю музыки со счетом 2:1. Одного великого композитора (Моцарта), он, по преданию, убил, двух других (Шуберта и Бетховена) – выучил и воспитал. Тем не менее современники-недоброжелатели, затем Пушкин, а уж совсем потом Милош Форман способствовали тому, что мы знаем Антонио Сальери только как завистника и отравителя. А в свое время он считался великим и модным композитором-новатором. Забыли его, впрочем, еще при его жизни. Когда синьора Чечилия (умница и музыковед, надо отметить) работала над альбомом Глюка и обнаружила бесчисленные упоминания Сальери как старшего товарища, учителя и главного удачника своего времени, она начала искать его ноты и в принципе не нашла их в продаже в Европе. Пришлось запереться в Венской национальной библиотеке и работать с автографами: публикаций до наших дней дошло ничтожно мало.

Чечилия Бартоли явно не случайно выбрала Сальери. Она, конечно, никого не отравила, но схожие черты у жившего в Вене итальянца и живущей в основном в Цюрихе римлянки есть.

Чечилия Бартоли обладает невероятной техникой, способностью при любых обстоятельствах петь с немыслимой чистотой и точностью, артистизмом и необыкновенным пиано — нежнейшим эротическим полушепотом. При этом даже самые благосклонные критики отмечают, что собственно голос у нее небольшой и не очень сильный – все дело в выучке (в консерваторию она поступила в 15 лет, но, поскольку родители у нее профессиональные певцы, обучение ее началось с колыбели) и артистизме. Она очень любит барокко, занимается составлением изысканных программ для своих альбомов, очень много работает с источниками…

Неблагодарные критики, завистники и «свежие головы» выставляют эту историю так: довольно бездарная, с маленьким и слабым голосом хищная дамочка, дрессированная вокальная гимнастка, на службу которой была призвана беспрецедентная пиар-машина и немыслимые инвестиции звукозаписывающих компаний, строит из себя великую художницу.

Это все, разумеется, глупости. Скажем лишь, что госпожа Бартоли, колоратурное меццо-сопрано, поет невероятно красиво, достигнув такого технического уровня, что голос ее вызывает в слушателе истерику, заставляет его по-рокерски неприлично вести себя на концерте оперной певицы.

Говорить о ее технике при помощи технических терминов бесполезно. Это не тот случай: она просто ставит перед собой любые артистические задачи и выполняет их без малейшего напряжения.

Она лучшая, и у нее есть ряд документов и титул «Лучшая оперная певица 1999–2003 годов», подтверждающий это.

К сожалению, она не привезла нам программы Сальери. Во-первых, надоело уже одно и то же петь, во-вторых, технически это довольно трудно: пришлось бы весь оркестр с собой везти. Зато она покажет нам прекрасную программу итальянского и французского бельканто девятнадцатого века – арии Беллини, Россини, Доницетти, Бизе, Делиба и Берлиоза. Оно, впрочем, и к лучшему. В конце концов, эти-то уж точно никого не травили.

Большой зал консерватории, 2 ноября, 19.00.