В бутиках на набережной Круазетт манекены преимущественно без голов, зато у манекенов женского пола – у всех – соски вызывающе торчат. Почти все фильмы конкурсной программы 58-го Каннского кинофестиваля были сделаны ровно наоборот: они оставляли зрителя в задумчивости, но фригидным.

Скука – главный гость Канна.

Сотни трупов и десятки способов убить или унизить ближнего своего не то что к катарсису не привели, а даже разбудить зрителей не смогли.

Общее веселье на фоне ровных, занудных картин казалось истерическим. Премьеру «Города греха» потрясла простая зрительница — очаровательная девица в вечернем платье и в кожаной маске Бэтмена. По Круазетт разъезжали какие-то татуированные существа на звероподобного вида мотоциклах. На перекрестках существа останавливались и дожидались, когда вокруг соберутся фотографы и начнут свою суету. На премьеру фильма Вима Вендерса «Входи без стука» без стука вошла Ася Ардженто, представлявшая вчера внеконкурсную нарциссическую короткометражку «Синди, это моя кукла» Бернарда Бонелло. Короткометражка явно навеяна джармушевской новеллой про кузин из «Кофе и сигарет» — Ася играет брюнетку-фотографа и блондинку-модель, и в конце фильма обе рыдают.

С короткометражками вышел некоторый конфуз. В конкурсе непонятно с какого похмелья оказался фильм наших украинских братьев «Путники». Если это дипломная работа, то автора, Игоря Стрембицкого, надо бы отправить доучиваться куда-нибудь в такое место, где не слышали слова «Тарковский», и заставить двести раз написать фразу:

«Я никогда больше не буду строить фильм на показе умственно отсталых людей при отсутствии какого бы то ни было сценария, потому что это неэтично».

Результаты Каннского фестиваля будут объявлены вечером в субботу. Нет смысла предсказывать, каково будет решение председателя жюри Эмира Кустурицы и членов жюри, среди которых, в частности, холодная Аньес Варда, жаркая Сельма Хайек («Ой, быть членом жюри гораздо лучше, чем привозить сюда свой фильм! Мы общаемся с такими интересными людьми...») и Фатих Акин, автор победителя позапрошлого Берлинале. Акин, кстати, представлял в Канне свой документальный фильм о стамбульской музыке, с музыкантом Алексом Хаке из Einsturzende Neubaten в главной роли. Лучший из возможных гидов по Стамбулу.

Фаворитами критиков в основной программе стали Ханеке, Джармуш, братья Дарденны и Кроненберг. Вчера, правда, состоялись премьеры фильмов Вима Вендерса «Входи без стука» и Томми Ли Джонса «Троекратные похороны Мелькиадеса Эстрады», и, на мой вкус, Джармуш с Ханеке могут брать обратные билеты из Канна.

Вендерс снимает так, что, если бы он бросил свою работу и занялся делом, быть ему лучшим немецким фотографом Америки.

«Входи без стука» — история о стареющем актере, снимающемся в вестернах, который однажды на все забивает и на лошади скачет куда-то вдаль. Вдали оказываются неучтенные и уже взрослые дети, давняя любовница, очаровательная старушка-мать, упущенное время, ядовито-желтые, красные, синие цвета, слепящее солнце. Вим Вендерс написал сценарий вместе с исполнителем главной роли Сэмом Шепардом, и получилось роуд-муви, в конце которого, как водится, герой обретает самого себя. Но во всем этом нет никакого пафоса, так что смотреть Вендерса – одно удовольствие. «Прошло столько времени!» — «Я не знал, что оно проходит».

Томми Ли Джонс даст пресс-конференцию сегодня. Вчера с его фильма люди уходили: медленная история, раскручивающаяся на мексиканской границе, снята без особых выкрутасов, но жестковато. Автор сценария Гильермо Арьяга, автор «21 грамма» и «Суки-любви», предлагает нам путешествие с мертвецом. Тема заезженная, благодатная и жуткая. Герой Томми Ли Джонса (актер здесь совсем сожжен мексиканским солнцем и напоминает одновременно всех ковбоев из всех известных вестернов, только очень старых и уставших) пообещал своему другу, мексиканцу Мелькиадесу, похоронить его не в Америке, «среди рекламных щитов», а на родной земле. Мелькиадеса убивает солдатик-пограничник, герой Томми Ли Джонса вяжет солдатика, заставляет его выкопать тело, и они втроем – солдатик в наручниках, мертвый мексиканец и старый Томми Ли – направляются к родной деревне Мелькиадеса.

Солдатик вынужден спать рядом с трупом, труп постепенно разлагается, его едят муравьи, от которых Томми Ли Джонс избавляется, суетливо поджигая голову мертвого друга (завораживающее зрелище).

Солдатик и сам постепенно высыхает, превращается в живую мумию. «Троекратные похороны» — из тех настоящих мужских фильмов, в которых герои мало говорят, красиво дерутся и задумчиво смотрят вдаль. В моем рейтинге два путешествия с мертвецом – «Последние дни» Ван Сэнта и «Похороны» — занимают высшие места.

А вот братьев Ларье, создателей французского «Рисовать или заниматься любовью» с Даниэлем Отоем, Сабиной Азема и Серджи Лопесом, надо отправить на принудительные и очень тяжелые работы, по дороге отпаивая их бромом, чтобы больше у них не было даже поползновения снимать фильм о немолодых свингерах.

Еще новости: китайские братья торжественно отпраздновали столетие со дня рождения китайского кино, а от скамейки напротив Дворца фестивалей наконец убрали кучу дерьма, отдыхавшую там уже неделю. На этой скамейке в последнюю неделю пару раз спал не очень чистый путешественник, у которого на рюкзаке было написано: Destination World. Путешественник тоже куда-то убрался – каннское веселье заканчивается, пора отправляться дальше. Destination World, счастливого путешествия, с мертвецами и без.