Цивилизация
Стабфонд к концу текущего года достигнет невероятных размеров — 4,5 трлн рублей, сообщил со ссылкой на расчеты аналитиков представитель комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам Владимир Тарачев. А к концу 2009 года фонд раздуется до 7 трлн рублей.
Для сравнения, расходная часть бюджета 2007 года составляет 5,5 трлн рублей, а доходы запланированы на уровне 6,9 трлн рублей.
В том, что стабфонд растет «как на дрожжах», нет ничего удивительного — в него продолжают поступать огромные доходы от экспорта нефти. Хотя бюджет спланирован при среднегодовой цене барреля $61, цена «отсечения» установлена. $27 за баррель марки Urals, все что выше — в стабфонд.
Напомним, что стабфонд создавался в 2003 году как «подушка безопасности», чтобы подстраховать российскую экономику в случае падения нефтяных цен. Изначально его размер был запланирован в объеме 500 млрд рублей.
Таким образом, к концу года планка будет превышена уже девятикратно.
Но тратить «заначку» нельзя, объясняет Минфин. Стабфонд стерилизует «лишние» деньги. «Если пустить эти деньги в экономику, резко возрастет инфляция. Поэтому альтернатив постоянному накоплению не так много», — напоминает главный экономист ИК «Ренессанс Капитал» Владимир Пантюшин. Правда, можно было бы потратить средства вне страны, но с пользой для нашей экономики. Например, приобрести современное оборудование или даже целые заводы «под ключ». Окупаемость у них не такая быстрая, поэтому больших инфляционных последствий не будет, признает эксперт. Но тут другая проблема.
Чиновники не верят сами себе, что с толком могут потратить деньги.
«Любое государственное вложение сталкивается с коррупцией и воровством на всех уровнях», — констатирует Пантюшин.
Министр финансов Алексей Кудрин уже подводит базу под то, чтобы копить стабфонд практически до бесконечности. Недавно он предложил создать на его основе нефтегазовый фонд, выделив в нем две части. Резервный фонд, который можно будет тратить при падении мировых цен на нефть, и фонд сбережений, в котором просто накапливалась бы часть нефтегазовых доходов для будущих поколений. Таким образом, когда в России иссякнут запасы полезных ископаемых, ее население сможет существовать на ренту от накопленных средств.
Но раздувать стабфонд до бесконечности опасно. «Стабфонд — основной инструмент стерилизации денежной массы. На его долю приходится 80% стерилизации, а со временем будет еще больше, — говорит главный экономист «Альфа банка» Наталья Орлова. — С точки зрения банковского сектора, это снижает полномочия ЦБ по управлению ликвидностью. Значит, оно становится менее гибким». Центробанк может влиять на денежную массу, оперативно уменьшая нормы отчислений в обязательные резервы или снижая ставки по депозитам. В то время как цена «отсечения» в стабфонд определяется раз в год — вместе с бюджетом.
«Если цены на нефть действительно упадут, то банки столкнутся с проблемой ликвидности, объясняет Орлова. — И здесь стабфонд нам не поможет». В таком случае Россия поставит себя под угрозу нового банковского кризиса.
«Банковский сектор будет первым среди секторов, наиболее уязвимых в случае падения нефтяных цен», — предупреждает Орлова.
