Цивилизация
Россия примет «беспрецедентные меры» по развитию военной инфраструктуры на Сахалине, Курильских островах и на всем Дальнем Востоке. Как заявил командующий Восточным военным округом Сергей Суровикин, эти меры подразумевают, среди прочего, перевооружение соединений российской армии.
Слова российского военного обретают особый смысл в свете вновь обострившихся дискуссий вокруг Курил — в частности, заявления Владимира Путина, что Россия «готова купить многое, но ничего не продает».
Параллельно с заявлениями об укреплении российской группировки на Курилах стало известно о визите председателя КНР Си Цзиньпина на военные объекты на границе с Россией — это напоминает о значительных военных амбициях Китая в регионе.
Милитаризация Курил
Командующий ВВО Сергей Суровикин охарактеризовал Сахалин и Курилы как «восточный форпост России», который важен для обеспечения безопасности и территориальной целостности государства.
В рамках планируемого укрепления российское военное руководство намерено создать новый пункт базирования сил Тихоокеанского флота на острове Матуа на Курильской гряде. Там проходит совместная экспедиция военных с Русским географическим обществом. Экспедицией в составе 200 человек руководит командующий ТОФ вице-адмирал Александр Рябухин.
«К настоящему моменту силами военнослужащих Восточного военного округа на острове Матуа развернут и оборудован полевой лагерь, организованы его водо- и электроснабжение, развернуты узел связи, пункт материально-технического обеспечения. Основная цель экспедиционного похода — изучение возможностей перспективного базирования сил ТОФ», — заявил Суровикин.
Со времен Второй мировой на Матуа сохранились три взлетно-посадочные полосы — военные намерены оценить их состояние и начать работы по восстановлению аэродрома.
В годы войны на острове располагалась японская крепость с гарнизоном, по разным данным, от трех до восьми тысяч военных. В советские годы там были развернуты соединения пограничных войск, однако с начала 1990-х Матуа — необитаемый остров. Сложности в освоении Матуа связаны с суровым субарктическим климатом и опасностью землетрясений.
Командующий округом Суровикин уточнил, какими именно вооружениями будут усиливать ВВО. Это
100 образцов ракетного и артиллерийского вооружения, 50 зенитных ракетных комплексов и радиотехнических средств ПВО, три корабля, 20 береговых ракетных комплексов, а также 60 самолетов и вертолетов.
Об этом еще в марте говорил министр обороны. По словам Сергея Шойгу, в 2016 году на островах разместят береговые ракетные комплексы «Бал» и «Бастион». Он назвал и модель беспилотников, которые военные отправляют на острова, — «Элерон-3».
Эксперт Института политического и военного анализа Александр Храмчихин считает, что это
усиление российских сил на Дальнем Востоке имеет смысл, так как в сравнении с соседями Тихоокеанский флот пока проигрывает.
В беседе с «Газетой.Ru» он подчеркнул, что хотя Тихоокеанский флот занимает второе место по численности среди российских флотов, ему противопоставлены наиболее мощные оппоненты, что делает его положение наиболее проигрышным.
«Тихоокеанский флот традиционно находится в сложном геополитическом положении:
он изолирован от остальных флотов, поэтому в военное время он не сможет получать практически никакой поддержки. И при этом он еще и внутри себя разделен на Приморскую и Камчатскую флотилии, которые находятся далеко друг от друга»,
— говорит Храмчихин.
Усиление российских военных на Курильских островах можно расценивать как раз в качестве способа связать удаленные флотилии Тихоокеанского флота.
Китайские предупреждения
На этом фоне стало известно о визите председателя КНР Си Цзиньпина в провинцию Хэйлунцзян, граничащую с российскими Приморьем, Забайкальем, Амурской областью и Еврейской АО.
В частности,
глава КНР посетил расположение военных на китайской половине острова Большой Уссурийский. Он призвал охраняющих границу с Россией военных «вооружиться теорией Компартии Китая и совершенствовать боевой стиль, демонстрируя отвагу и выдержку».
Этот остров был объектом многолетнего территориального спора — Китай оспаривал его со времен похолодания в отношениях с СССР в 1960-х. В итоге соглашение о передаче части острова Пекину было подписано в 2004 году, и спор был улажен. Однако вопрос территориальных претензий Китая к России по-прежнему щекотлив.
В 2013 году интернет обошел опубликованный в китайских СМИ материал о «шести войнах», в которых Китай будет «неизбежно» участвовать в XXI веке.
Среди прочего авторы текста «анонсировали» войну с Россией за возвращение бывших китайских территорий на российском Дальнем Востоке.
Едва ли это входит в непосредственные планы китайского руководства, однако, посещая военных на бывшем спорном острове, Си Цзиньпин явно разыгрывает эту карту — если не в области военной стратегии, то в политике.
«Как только Китай поймет, что он имеет возможность вернуть свои земли, он будет их возвращать. И если воинские части расположены именно там, то всем понятно, что они направлены против России»,
— подчеркивает Александр Храмчихин.
Заведующий отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ Владимир Евсеев считает, что ни Пекин, ни Токио не рассматривают вариант военного разрешения территориальных проблем. В беседе с «Газетой.Ru» аналитик подчеркнул, что для КНР гораздо актуальнее другие территориальные споры — будь то из-за островов Сенкаку (Дяоюйдао) с Японией или же из-за архипелага Спратли с Вьетнамом и другими южными соседями.
«Китай сейчас не заинтересован в ухудшении отношений с Россией — и уж тем более в выставлении ей территориальных претензий. Может быть, когда-нибудь он и выскажет такие претензии — но это будет очень не скоро»,
— сказал эксперт, подчеркнув, что помимо всего прочего у Китая более слабая армия, чем у России.
Япония, по мнению Евсеева, также не настроена на силовое решение территориального спора и пытается «заставить Россию, чтобы она сама отдала». Эксперт подчеркнул, что спор Китая и Японии по Сенкаку характерен периодическими военными инцидентами, а в районе Курил таких инцидентов не было.
