Цивилизация
Рассмотрение громкого дела в Никулинском райсуде Москвы началось только со второй попытки. Слушания должны были начаться еще в конце апреля, однако тогда дело было неожиданно возвращено в прокуратуру для устранения ошибок, допущенных следствием при датировке событий. Дело в том, что первоначально из материалов дела следовало, что Марина Голуб погибла еще до того, как попала в ДТП.
В итоге после всех бюрократических процедур дело повторно начали рассматривать только спустя три месяца.
Поддержать обвиняемого в суд пришла его невеста Виктория Клюкина, их свадьба должна была состояться в конце июля.
Сам обвиняемый на соответствующий вопрос журналистов не смог назвать точную дату церемонии.
Рассмотрев несколько ходатайств защиты, судья предоставил прокурору Ксении Балабан возможность зачитать обвинительное заключение. Если в апреле, в ходе первого заседания, обвинение утверждало, что преступление было совершено 10 октября 2012 года в 0.05, то на этот раз, исправляя допущенные ранее ошибки, следствие просто обозначило временные рамки события. При этом точный момент совершенного Русаковым деяния установить все равно не удалось — по материалам дела это произошло с 23.55 9 октября 2012 года по 00.03 10 октября.
ДТП произошло на перекрестке проспекта Вернадского и улицы Лобачевского на юго-западе Москвы. По версии обвинения, Русаков, находясь за рулем Cadillac CTS, проехал на красный свет и на большой скорости врезался на перекрестке в автомобиль Hyundai Sonata, который начал движение на зеленый сигнал светофора. В корейской иномарке на заднем пассажирском сиденье находилась актриса Марина Голуб, которая возвращалась домой после спектакля «Смертельный двигатель». От мощного удара водитель «Сонаты» — Виктор Туркин, знакомый актрисы, подрабатывавший частным извозом, и сама Голуб погибли на месте. После этого в разбитый Hyundai врезались автомобили Kia и «Лада», из-за этого пострадали еще несколько человек.
Далее обвиняемый, почти не пострадав в аварии, сбежал с места ДТП, не оказав помощи Туркину и Голуб. Из-за этого к обвинению по обычной в таких случаях ч. 5 ст. 264 УК РФ (нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц) ему добавили и ст. 125 УК РФ (оставление пострадавших в опасности).
После выступления прокурора слово взял сам Русаков. Он заявил, что суть обвинения ему не ясна. «Дело было возвращено в прокуратуру на два месяца, — сказал он. — За это время что произошло? Следствие размыло дату. Нарушение ПДД и оставление было 9-го числа или 10-го? И что будет, если в суде все-таки выяснилось, что это было 10-е число? От какого числа мне защищаться?»
После небольшой перепалки с гособвинителем судья Валентина Комарова разъяснила ему как смогла суть обвинения, после чего обвиняемый заявил, что не признает своей вины.
«Мне непонятно, как можно оставить в заведомо беспомощном состоянии трупы?»
— прокомментировал он обвинение в оставлении пострадавших в опасности.
После этого в суде выступил очевидец аварии Александр Васильчиков. Как оказалось, ранее он был сотрудником ГИБДД и работал в 6-м специализированном батальоне ДПС ГИБДД на спецтрассе ГУ МВД России по Москве, который обслуживает Садовое кольцо. «Я 27 лет отработал на патрульной машине», — добавил он.
По его словам, сама авария произошла на самом деле 9 октября в 23.45. Свидетель сообщил, что ехал позади Hyundai, но до него впереди было несколько автомобилей. Автомобиль Туркина начал движение на зеленый свет, и в момент столкновения его скорость составляла 60 км/ч. При этом Русаков, по его оценкам, двигался примерно со скоростью 110 км/ч.
«После аварии вот этот человек вышел из машины, и я стоял с ним 15 минут, — сказал Васильчиков, указывая на Русакова. —
Я могу утверждать, что он был трезв. Он был в шоковом состоянии, у него сработали шесть подушек безопасности».
По его словам, когда он подошел к разбитому и перевернувшемуся на крышу Hyundai, Туркину пришлось отстегивать ремень безопасности, на котором он висел. Марину Голуб, лежавшую в проеме между передними и задними сиденьями, поначалу никто не заметил.
Когда Русаков услышал, что водитель мертв, он тут же скрылся. «Когда стали вытаскивать водителя и кричать, что он погиб, я обернулся, а его и нет», — рассказывал свидетель.
«Скорая приехала примерно через 15 минут, ГИБДД — через 35, а следователь — через 45, — добавил он. — Я до трех часов ночи лично находился в ОВД».
По словам свидетеля, у Русакова не было возможности затормозить на перекрестке, так как по ходу его движения был установлен светофор старого образца, который переключает сигналы с зеленого на красный очень быстро. «Там нет даже мигающего желтого. Красный, желтый и сразу зеленый», — отметил Васильчиков, добавив, что переключение светофора было «мгновенным». Адвокат Русакова Игнат Яворский поинтересовался: «Вы это категорично утверждаете?» «Да, 100%», — ответил бывший гаишник.
Он также добавил, что со стороны Туркина висел современный светофор. При этом, исходя из дорожной ситуации, погибший водитель не имел возможности заметить машину Русакова.
Судья поинтересовалась у Васильчикова, на кого стоило бы возложить вину в случившемся.
«На нашу службу ГАИ. Неправильная установка светофора. Бьются все время», — резюмировал он.
Примечательно, что на этом же перекрестке в декабре прошлого года произошло еще одно крупное ДТП, по которому параллельно сейчас идет судебный процесс. Обвиняемый в этом деле — мастер спорта по картингу Григорий Сурлье, который за рулем спортивной Subaru сбил насмерть на роковом перекрестке двух женщин. Водитель также скрылся с места аварии.
В четверг по делу о ДТП с Мариной Голуб в суде выступили водители пострадавших в аварии автомобилей ВАЗ-21113 и Kia. Никто из них не видел толком момент аварии и не смог дать оценку действиям Русакова.
Допрос свидетелей продолжится на следующем заседании 8 июля.
