Цивилизация
Вице-премьер Игорь Сечин во вторник заявил, что правительство готово проработать проект объединения госкомпаний «Транснефть» и «Зарубежнефть». В процессе, по словам Сечина, могут возникнуть сложности. В частности, вице-премьер отметил, что «Зарубежнефть» ведет добычу углеводородов, а «Транснефть», по уставу, занимается только транспортировкой.
«Этот вопрос каким-то образом надо будет урегулировать, — указал Сечин. — И если идти по пути реализации этого предложения, то второе: основной добычный актив «Зарубежнефти» находится во Вьетнаме. Как это связано с деятельностью «Транснефти», не очень понятно».
«Транснефть» — российская нефтепроводная монополия, занимающаяся исключительно строительством труб и прокачкой через них нефти и нефтепродуктов. «Зарубежнефть» ведет добычу во Вьетнаме, Индии и на Балканах, кроме того, она является оператором проекта «Харьяга», который реализуется на условиях соглашения о разделе продукции (СРП) с французской Total.
Обе компании внесены в расширенный список приватизации государственных активов. Сечин ранее говорил, что приватизацию «Транснефти» следует отложить до 2013 года — только к этому времени стоимость компании можно будет адекватно оценить.
От приватизации «Зарубежнефти» вице-премьер предлагал вообще отказаться. По его словам, «Зарубежнефть» решает в том числе и государственные задачи и превращение компании в коммерческую структуру сделает это невозможным.
В «Транснефти» «Газете.Ru» рассказали, что идею о слиянии двух госкомпаний выдвигала замглавы Минэкономразвития Александра Левицкая в ходе одного из заседаний, посвященных приватизации госактивов. В МЭР предложение не прокомментировали.
«Мы бы хотели узнать, зачем нужно это объединение, — говорит представитель «Транснефти» Игорь Демин. — Идея не просто нереализуемая, это вообще из области фантастики».
По словам Демина, в компаниях слишком много несовместимого. Если «Транснефть» и «Зарубежнефть» объединят, придется не только переписывать устав нефтепроводной компании, но и принимать дополнительные парламентские законодательные акты. «Так было, например, в случае с поставками нефти в Китай — парламенту пришлось принимать дополнительный акт, чтобы нам было разрешено закупать нефть у «Роснефти» и продавать ее из трубы ВСТО («Транснефть» владеет трубопроводом «Восточная Сибирь — Тихий океан», по которому нефть поступает в КНР)», — рассказывает Демин.
В «Зарубежнефти» от комментариев отказались.
«С экономической точки зрения объединение «Транснефти» и «Зарубежнефти» абсолютно экономически нецелесообразно, — комментирует партнер Greenwich Capital Лев Сныков. — Слияние не даст синергии, так как компании работают в разных сферах».
Для приватизации госактивов слияние «Транснефти» и «Зарубежнефти» также смысла не имеет: по оценке Сныкова, оно не добавит объединенной компании стоимости.
Единственная возможная выгода от объединения — консолидация управления двумя крупными государственными компаниями. «Глава «Транснефти» Николай Токарев и еще ряд менеджеров трубопроводной монополии ранее работали в «Зарубежнефти», — напоминает Сныков.
«Специфика компаний абсолютно разная, — согласен аналитик ФК «Уралсиб» Алексей Кокин. — Общего у них действительно только то, что ранее «Зарубежнефть» возглавлял президент «Транснефти». Но проводить слияние только для того, чтобы объединенная компания могла управлять трубопроводами и добывающими проектами (причем как в России, так и за рубежом), — идея достаточно нелепая».
Глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов полагает, что целью объединения компаний может быть смена руководства в «Транснефти». «Как правило, после слияния меняется менеджмент, и я допускаю, что сейчас ведется скрытая борьба за кресло президента «Транснефти», — комментирует глава ФНЭБ.
