То, что случилось с Дмитрием Гудковым, пока еще депутатом Государственной думы, можно назвать наинагляднейшей иллюстрацией поговорки «не надо швыряться камнями, живя в стеклянном доме». Человек, который весь прошлый год усердно искал скрытое от общественности добро единороссов, уличен в наличии имущества, не помянутого в предвыборной декларации. Объяснения Дмитрия Гудкова неубедительны, перспективы пока еще сомнительны — думается, что скоро станут очевидными: у «Справедливой России» есть кому отдать его мандат.

Прокол кажется необъяснимым с точки зрения сегодняшнего дня. Как мог так проколоться человек, семья которого находится под усиленным давлением властей? Почему Гудковы не подошли серьезней к вопросу декларирования того, что у них есть? И как быть теперь с историей про «золотые кренделя», которую так усердно раскручивал депутат Гудков?

Но с точки зрения момента заполнения декларации Дмитрий Гудков практически ни в чем не ошибся. В 2011 году он и его отец были вовсе не радикальными оппозиционерами, а членами умеренной и респектабельной партии, которой некогда было доверено выдвинуть Дмитрия Медведева в президенты. И в самом кошмарном сне семье Гудковых не могло присниться, что будет с ними в ближайшие полтора года.

Очень часто люди, уходящие в оппозицию, не очень хорошо понимают объем и качество последствий для себя лично.

Особенно это касается номенклатуры, поссорившейся с начальством. На отказ от лояльности следует почти немедленный симметричный ответ. Это «хорошим ребятам» можно забывать про дачи и квартиры, пакеты акций и прочие безделушки, помогающие скрасить жизнь. «Плохим парням» такого не положено. И телевидение в удобное время им не разрешено: как позовут, так и идите и не обижайтесь на тон ведущих.

Через это прошел в свое время Михаил Касьянов, который наверняка в середине нулевых жалел, что, будучи премьер-министром, не позаботился о создании условий для бытования политической оппозиции, например не посодействовал сохранению частных метровых телеканалов.

Через это прошли лидеры СПС и «Яблока», которым впору было пожалеть о том, что не снизили, пока могли, проходной барьер на выборах в Госдуму до 3%, а наоборот, повысили его до 7%. Хотели оградить обжитое место на Охотном Ряду от новичков, а вылетели на улицу сами. Кто ж знал, кто бы мог подумать…

Многих оппозиционеров сбили с толку нулевые годы. Заниматься оппозиционной политической деятельностью в те времена было совсем непросто. Но в свободное от этого время жизнь антипутинской номенклатуры выглядела не такой уж и тяжкой. Не так, как было до того, но и не то чтобы жизнь подпольщика в Чили времен Пиночета.

Чем-то это напоминало быт второстепенных героев фильма Никиты Михалкова «Утомленные солнцем». У жены комбрига Котова на даче обитали пожилые родственники, которые все видели, все понимали, но, защищенные до поры до времени спиной красного военного, считали, что все неприятности не для них.

Поэтому так, в целом, все не очень, но сон послеобеденный по расписанию.

Почему-то возникла иллюзия, что так будет всегда и что все неприятности только для радикалов. Ну а как еще? Не может же бывший высокопоставленный деятель подвергаться гонениям не только в политической, но и в частной жизни. Акции бодрой кремлевской молодежи на оппозиционных мероприятиях воспринимались как вопиющее покушение на устоявшийся уклад. И они, в общем, были исключением из правил. Зюганов, столкнувшись в одном из регионов с ОМОНом, был очень удивлен и раздосадован: как так, зачем, почему против него?

После последних думских и президентских выборов правила пожестче стали. Упрекаете «хороших ребят» в неправедно нажитом богатстве – вот и вам то же самое про депутата, который когда-то был бизнесменом, а теперь критикует власти. Появился в сети ролик с хамящим единороссом – через пять минут вниманию достопочтенной публики будет представлено что-то подобное про представителя оппозиции.

И это только начало. Симметричный ответ рано или поздно сменится другой, куда более неприятной моделью.

Власть начнет наказывать за нелояльность куда как жестче, особенно тех, кто был как-то встроен в систему. И ничего тут страшного для оппозиционных деятелей нет. Просто надо быть готовыми к тому, что жизнь в оппозиции при нынешних правилах игры не может быть комфортной по определению.

Что нельзя врать и придумывать глупые объяснения неблаговидным поступкам. Что место в президиуме — это не обязательно мягкое кресло с подогревом.

Пока не придет этого понимания, из оппозиции будет получаться то, что получается сейчас – приятный гарнир к основному блюду.