Выборы на Украине стали очередным тестом на вменяемость для отечественного ТВ. Еще несколько дней назад казалось, что тест наконец-то пройден успешно.

Стада политологов теперь не кочуют из Киева в Останкино и обратно, как это было в 2004-м. В эфире не звучит украинская речь без перевода; Сергей Брилев не заканчивает «Вести в субботу» ехидненьким «до побачення». Федеральные каналы не втолковывают пастве с настырностью вируса «А»: «Янукович — наш президент». Белокурость в политике (тогда Юлия Тимошенко только-только перекрасилась) не трактуется как синоним агрессивности. Сторонников майдана не называют в «новостях» экстремистами. Правда, по-прежнему летят комья грязи в Виктора Ющенко, но кто же добровольно из медийных смельчаков откажет себе в радости пнуть поверженного льва…

Впрочем, период адекватности к четвергу завершился. Главной выборной интонацией «ящика» назначили сочувствие к тяжкой доле украинцев. Сергей Марков исстрадался весь: «Есть угроза, что Тимошенко станет не выразителем воли народа, а выразителем внешних сил, которые используют Украину как средство сделать хуже России». Давно заметила: чем у наших ньюсмейкеров выше уровень патриотизма в организме, тем хуже они справляются с нормами родного языка. Последнее обстоятельство щедро компенсируется гордостью за державу. И тут впереди всех известный единоросc Вячеслав Володин, который без устали готов восхищаться и нашей избирательной системой, и последними российскими президентами, и невиданной заботой о пенсионерах. Малейшее отступление от канона заместитель председателя Госдумы трактует как тяжкий грех. Стоило в программе «Судите сами» Виктору Илюхину поздравить украинцев с тем, что люди посредством выбора и выборов почувствовали себя нацией, как Володин немедленно поставил на место зарвавшегося коммуниста: «Перестаньте, Илюхин, оскорблять и унижать свою страну в присутствии украинских коллег».

Пока Марков продолжал Ярославной рыдать на городской стене («Не такой судьбы мы ждем для братского народа»), к стану рыдающих примкнул неожиданный тандем в лице Владимира Меньшова и Константина Семина. Их документальное полотно «Украина» на канале «Россия-1» пролило окончательный свет на результаты оранжевой революции. Меньше всего мне хотелось бы говорить о самом фильме. Хотя бы потому, что фильма нет. Есть нагромождение кадров цветущей деградации бывшей советской республики в разных областях жизни — от промышленности до идеологии. Есть грубый монтаж, восходящий к лучшим образцам современного агитпропа. Есть неприличная даже в наших широтах тенденциозность текста и картинки украинского апокалипсиса. Семин подтвердил верность своему творческому методу, а вот мотивы Меньшова с трудом поддаются анализу.

Наверное, во времена исторических перемен каждый большой художник мечтает снять блокбастер «Так жить нельзя». Но ведь нигде не сказано, что: а) это следует делать столь непрофессионально; б) это следует делать исключительно на примере соседей. Последнее обстоятельство хорошо понимает и сам автор. В начале фильма Меньшов делает ремарку, которая на корню уничтожает его детище. Лучшей рецензии придумать невозможно, посему ремарку воспроизвожу целиком: «Сразу говорю — большинство, что мы вам расскажем об Украине (привет стилисту Маркову!), можно наблюдать и в России. Так что это не попытка посмеяться над народом».

После тяжких раздумий над потугами Меньшова — Семина открыть вежды братьям-соседям с благодарностью обращаюсь к Никите Михалкову, который вчера зажигал у Познера. Нет, никаких особенных открытий, все как всегда. Он привычно пас народы. Он привычно не отвечал на вопросы, а говорил о своем. Он привычно дозировал духовные прозрения (мысли о пользе для державы дальнейшего увеличении президентского срока) с подростковым эпатажем (рассуждения о виновности классической русской литературы во всех наших сегодняшних бедах). То есть Михалков продолжал обустраивать свою публичную нишу где-то между Жириновским, Прохановым и Леонтьевым. И лишь одного не делал Никита Сергеевич — не учил украинский народ жить не по лжи. И даже, напротив, с непримиримостью Чаадаева винил во всяческих пороках великий русский народ. А уж какую картинку жизни и судьбы за пределами Московской кольцевой он живописал, Семин с Меньшовым отдыхают…

На «России» произрастает целая клумба мастеров той еще «документалки». У них за плечами всякие разные сочинения хоть о Грузии, хоть о Прибалтике, хоть об Украине. Но такой топорной работы, когда буквально каждый кадр взывает к аналогии с Россией, пожалуй, прежде не было. Москва слезам не верит, утверждает Меньшов, проливая горючие слезы по Украине. А что же Россия? Она так и не удостоится кисти знаменитого режиссера?

Владимир Путин на Госсовете призывал ни в коем случае не допустить украинизации политической жизни. Можно не сомневаться, что во исполнение призыва мы до конца выборов, вероятно, еще насладимся не одним произведением формата Украины: в чужом глазу соринку замечаем, а в своем не видим бревна. Так что, господа, до побачення!