Если бы в Америке к НКО применялись такие же законы, как в России, то Хиллари Клинтон и думать бы не могла о президентстве, а благотворительный фонд ее супруга был бы объявлен «иностранным агентом». А так она еще поборется, заставляя «ответственных за направление» в Москве задаваться вопросом о том, кто нам из кандидатов в президенты США «меньшее зло».
Пока выдвижение бывшего госсекретаря в первой администрации Обамы от демократов кажется безальтернативным. Будь выборы сегодня, она легко побеждает и любого от республиканцев. Но впереди много времени, а враги не дремлют. Тот, кто считает, что победа у него в кармане, в конкурентной политике часто оказывался на бобах.
До недавнего времени казалось, что перечень слабостей Хиллари в обещающей быть для нее непростой борьбе с кандидатом от республиканцев (в отличие от легкой победы на праймериз среди демократов) известен. Это возраст, надобность «перезагрузить» свой политический имидж (он скорее апеллирует к прошлому, нежели способен увлечь в будущее) плюс два скандала.
Однако дверцы шкафов четы Клинтон не сдерживают выпадающих оттуда скелетов. Оппоненты и раньше считали их «плутоватой парочкой», которой то и дело приходится оправдываться за двусмысленные манипуляции. Например, по делу «Уайтуотер» о спекуляциях земельными участками и уклонении от налогов, восходящему к времени губернаторства Клинтона в Арканзасе. Или скандал с практиканткой Моникой Левински и, главное, лжесвидетельством под присягой, когда Билл скорректировал понимание секса, исключив из него оральный. Если бы не большинство демократов в конгрессе, ему тогда было бы не избежать импичмента.
Теперь выпал скелет, на лобной кости которого написано: «Русский след».
В свете сегодняшних американо-российских отношений хуже не придумаешь. На днях выходит книга Питера Швайцера с красноречивым названием «Clinton Cash», где и этот скелет будет подробно рассмотрен. Но детали уже известны благодаря расследованию, в частности, The New York Times, ранее в особой враждебности к демократам не замеченной. Это вам не телеканал Fox News какой-нибудь.
Логика действий «Росатома», которые можно признать блестящей операцией поглощения, железная. Uranium One владеет богатыми месторождениями, тогда как Россия поставляет на американский рынок топливо для АЭС, имея солидную долю. К моменту поглощения Uranium One также приобрела интересовавшие «Росатом» урановые рудники в Казахстане: сделку проводила UrAsia канадца Фрэнка Джустры, которая в 2007 году слилась с Uranium One, сохранив название последней, причем под председательством Яна Телфера, который позже был замечен в спонсорах фонда Клинтона.
Руководитель «Казатомпрома» Мухтар Джакишев позже был арестован, в том числе по обвинению в незаконности той продажи (в итоге получил 14 лет тюрьмы). А ведь накануне сделки в Казахстан приезжал в компании Фрэнка Джустры Билл Клинтон. И был обед с Нурсултаном Назарбаевым.
В 2010 году для получения «Росатомом» контрольного пакета компании, имеющей стратегическое значение для американского энергорынка, требовалось разрешение Комиссии по иностранным инвестициям. Оно было невозможно без одобрения Госдепартамента. И все бы ничего, если бы владельцы и топ-менеджеры Uranium One не были крупными спонсорами Clinton Foundation, занимающегося благотворительностью (это масштабные программы, в том числе медицинские, по всему миру), собирающегося выступать спонсором избирательной кампании Хиллари.
Билл за прошедшее десятилетие получил $26 млн только за публичные речи. Преимущественно от тех же компаний, которые являются главными спонсорами его фонда, в казне которого сейчас $250 млн, в том числе полученные от иностранных спонсоров.
Недруги Клинтонов утверждают, что русские перед поглощением Uranium One сыграли на понижение, якобы спровоцировав арест экс-главы «Казатомпрома», чем поставили под сомнение легитимность лицензий на месторождения. Мол, это был зловещий план Москвы по захвату урановых месторождений. Вмешательство посольства США в Казахстане тогда помогло подтвердить законность лицензий, а затем уже «Росатом» прибрел контрольный пакет Uranium One якобы с 30-процентной наценкой к рынку.
Следует заметить, что в те времена отношения России и США были на подъеме. Начиналась «перезагрузка», Россия не рисовалась «врагом», как сейчас, в Кремле президентом сидел другой человек.
Если бы та тенденция и продолжилась, сегодняшний скандал с «русскими деньгами» и яйца выеденного не стоил бы — фон был бы не тот.
К тогдашним действиям госсекретаря пока нет претензий с точки зрения закона. Следов личного вмешательства Хиллари в одобрение сделки «Росатома» не обнаружено. Однако конфликт интересов налицо. Также обнаружено, что фонд Клинтона именно в это время получил $2,3 млн от председателя совета директоров Uranium One Яна Телфера, причем через Канаду. Аналогично через несколько месяцев после вышеописанной казахской сделки Фрэнк Джустра перечислил в фонд более $31 млн.
Хиллари Клинтон, поступая на службу в Госдепартамент, обещала Обаме раскрыть все источники финансирования фонда ее мужа, а также прекратить принимать пожертвования иностранных граждан и организаций. Однако пожертвования владельцев и топ-менеджеров Uranium One раскрыты не были. Это повод для обвинений Хиллари в нечистоплотности.
Более 60% американцев, считающих себя независимыми (не республиканцы и не демократы), уже говорят, что ей «нельзя доверять».
Примечательно при этом, что судить о том, «предали ли родину» Хиллари и ее муж, считать ли их иностранными агентами, предоставлено в данном случае избирателям. Им потом жить с этим президентом, так что лучше все грязное белье прополоскать «на берегу». Массмедиа в данном случае, при всех интересах, которые за ними стоят, играют роль относительно независимых «санитаров леса». Так будущие президенты Америки проходят тест на прочность. Если угодно, и «на вшивость».
За Хиллари Клинтон — длинный шлейф отношений с Россией. Что делает ее нынешнюю антипутинскую риторику окрашенной личностным подтекстом. Кроме того, чета Клинтон еще со времен Ельцина наверняка считает свою «миссию» относительно России неисполненной и провалившейся.
Так что, стань Хиллари президентом, начать с чистого листа с ней не получится.
Похоронят ли «русские деньги» кампанию Хиллари? Могут. В Америке сильно не любят, когда политиков ловят на лжи и подтасовках. Но до выборов еще много времени, традиционные избиратели демократов могут пренебречь «очернительством» республиканцев. Демографическая ситуация скорее работает на первых, чем на вторых: традиционные избиратели демократов более многочисленны.
Если только республиканцам не удастся перетащить на свою сторону голосующих в основном за демократов испаноязычных. Это могут сделать двое. Прежде всего молодой и харизматичный сенатор от Флориды, сын кубинских иммигрантов Марко Рубио (и вот вам одна из мотиваций, почему Обама торопится записать нормализацию отношений с Кубой за демократами). И бывший дважды губернатор Флориды Джеб Буш, брат Буша-младшего, пользующийся большой поддержкой «латинос» из-за приверженности иммиграционной реформе, которая может дать гражданство миллионам нелегалов.
У нас многие считают, что с республиканцами Москве дело иметь легче. По крайней мере, с любым из них можно начать с чистого листа. Но надо учесть, что в Америке сейчас нет запроса — ни в элите, ни на уровне массового сознания — на улучшение отношений с Россией. Резко критиковать Москву, называя «агрессором», политически безопасно и даже выигрышно, а ратовать хотя бы за нейтральные отношения со страной, с которой торгово-экономические интересы стремятся к нулю, а зависимость от сотрудничества в других регионах мира минимальна (не стоит преувеличивать Иран и Афганистан), нецелесообразно.
До выборов в Америке в 2016 году улучшение наших отношений не произойдет. Тогда как у их ухудшения большой потенциал. Затем обе стороны будут исходить из той реальности, которая сложится на тот момент. На фоне динамично меняющейся ситуации на Украине, в других регионах (прежде всего на Ближнем Востоке) и в самой российской экономике до конца 2016 года еще вечность. Американские выборы — это забег на длинную дистанцию. Хотя президентский срок и короток.
