Цивилизация
Лауреаты первой масштабной премии в области современного искусства, о необходимости которой так долго говорили в художественном сообществе, наконец, названы. По-хорошему, подобная премия должна выполнять сразу несколько полезнейших функций – представить экспертную картину мира, в сложных иерархиях которого предстоит взаимодействовать галеристам, коллекционерам и художникам. Ну и обеспечить последним общественную славу и материальную помощь. В качестве идеального образца (размер главного приза в 40000 евро и даже календарная близость церемоний награждения) организаторы премии Кандинского с очевидностью выбрали британский приз Тернера. То есть самую известную в мире награду, чей статус с начала 90-х обеспечила поддержка телевизионного Channel 4 и доброкачественная скандальность номинантов, таких как вивисектор животных Дэмиен Херст, любитель сочетаний слоновьего навоза и религиозных сюжетов Крис Офили и Трэйси Эммин со смятой кроватью и использованными презервативами. В пиаре поучаствовал также министр культуры Британии с крайне резкими отзывами.
У премии Кандинского условие критического участия сооветствующего министра было полностью соблюдено.
Искусствовед и сотрудник Третьяковской галереи Андрей Ерофеев стал участником представительного международного жюри и куратором исторической выставки «Соц-арт. Политическое искусство России», парижские гастроли которой пытался запретить министр культуры Александр Соколов, назвал ее «позором России», а российскую реплику целующихся полицейских граффитиста Бэнкси от группы «Синие носы» — порнографией.
В результате резко набравшие известность «Носы» оказались главными ведущими церемонии (днем раньше в Ливерпуле приз Тернера вручал Денис Хоппер). А «позор» и новоиспеченный символ радикального отечественного искусства был разыгран вживую: на сцене появились двое мужчин в милицейской форме, и по мере их приближения под барабанную дробь друг к другу у посвященной части публики назревал юмористический катарсис. Милиционеры несколько раз поцеловались и схватили друг друга за задницы на фоне немедленно возникшей цитаты из Василия Кандинского:
«У каждого жеста может быть бесконечное количество интерпретаций».
Стражи порядка потом никуда не ушли и под ручку сопровождали выступающих. Первым стал мэтр-философ Валерий Подорога, объявивший победителя «приза зрительских симпатий», выбранного народным голосованием на сайте премии и на выставке номинантов. Подорога порассуждал о потере сегодняшним искусством радикальности – и в самом деле, обладателем 5000 евро стал молодой художник Петр Голощапов, на чьи декоративные скульптуры — головы панков с ирокезами из цветных трубочек и дверных ключей — «накликало» больше всего людей.
Конверт с наилучшим «молодым художником» вскрывал композитор Владимир Мартынов. Он с пожеланием «заразить молодого номинанта «болезнью художника» передал приз — командировку на Виллу Романа во Флоренции — Владлене Громовой, очень серьезной девушке из Петрозаводска. Она представила видео почти театрального перформанса с простыней, наброшенной на чье-то лицо – сверху рука рисует условные глаза и рот, который в конце разжевывает вложенное в него яблоко. С молодыми художниками на премии вообще произошла интригующая и выразительная история: несколько уже известных и крайне перспективных просто-напросто не подали заявки, так что среди хорошо знакомых профессионалам оказалась только одна Диана Мачулина. Ее серия живописи «Старый новый», описывающая странное замещение финишных ленточек и девичьих бантиков липкими лентами для мух, не вошла в последний шорт-лист из трех имен.
«Медиапроект года» вручал Роберт Уилсон, абсолютно легендарный театральный режиссер, который в Москве готовит постановку «Аиды» в Большом театре и демонтирует выставку своих видеопортретов в фонде «Екатерина». Уилсон исполнил короткое театральное представление, комбинируя звуки английского алфавита в фразы «кандински прайз», беккетовские по духу речевые отрывки вроде «счастлив ли ты», «неожиданное удовольствие» и так далее.
«Все понятненько. Раз никто не звонит мне, значит, фашисты в очередной раз поиздевались над единственным живым гением»
Такую смс от художника-победителя Владислава Мамышева-Монро прочел со сцены сорежиссер его видеофильма «Волга-Волга», обладателя приза и 10 000 евро. Эта ерническая интонация может помочь в понимании того, как голос и физиономия специалиста по перевоплощениям Влада Монро, скрывающая лицо Любови Орловой в оригинальной ленте 1938 года, смогла по-абсурдистски демонтировать двусмысленность сталинской комедии. Уилсон, которого со сцены уводил милиционер, на прощание гавкнул в микрофон.
Другая звезда, директор фонда Соломона Гуггенхайма Томас Кренц, назвал самого главного призера – «Художника года» с премией в 40 000 евро. Кренц по-настоящему оказался смущен присутствием милиционера в форме и вынужден был прервать речь о международном и местном контекстах, поскольку его любительским переводчиком выступал тот же слуга закона, начавший со слов «если я правильно понял».
Несмолкающий смех в зале вынудил Кренца публично заподозрить, что его слова умышленно искажаются, и он поспешил объявить имя победителя — Анатолия Осмоловского.
Радикал 90-х, залезший на плечо памятника Маяковского, перегородивший Никитскую улицу в честь парижских событий 68 года и выложивший телами своих друзей слово из трех букв прямо на Красной площади, приступил сегодня к изготовлению объектов, которые напоминают реальные вещи и одновременно не похожи на них. Приз получили его показанные летом на престижной выставке «Документа» «Изделия» — фигуры из бронзы, повторяющие в уменьшенном виде формы 11 башен реальных танков. «Изделия» лишены агрессивных фаллических пушек и потому стали похожи на супрематические объекты самого высокого авангардного периода отечественного искусства. Только авангардисты стремились перенести свою геометрию в повседневную жизнь, а «Изделия», наоборот, превратили утилитарные, рассчитанные инженерами формы в чистую эстетику.
Этот жест сам Осмоловский сравнил с героической борьбой за добро. Его соперников по номинации – группу АЕС+Ф с видео и гиперреалистической скульптурой, изображающих фантазийные битвы гламурных подростков-моделей и детей-полудинозавров, он назвал устаревшей ставкой на шик «молодого британского искусства». А заслуженный концептуалист Юрий Альберт с текстами о его неосуществленных проектах оказался переходным черно-белым «слэшем» между «добром и злом», поскольку несет недостаточно «сильную эстетику».
«Победить должен я!» – заключил бывший революционер, греясь в лучах славы.
На прощание он пожелал премии в будущем быть более предсказуемой, как и российским выборам в целом. Возможно, это будет достигнуто большим количеством достойных номинантов – ведь на премию Кандинского, стартовавшую всего полгода назад, решили претендовать далеко не все выдающиеся и интересные художники. Это по-своему заметили и иностранные члены жюри: Фридхельм Хютте, директор «Дойче банк арт», куратор Музея Соломона Р. Гуггенхайма Валери Хиллингс и куратор Национальных музеев Франции Жана-Юбер Мартен, который еще поработает у нас и организует 3-ю московскую бьеннале современного искусства. В будущем году выставка 49 номинантов отправится в Лейпциг и Нью-Йорк, поэтому премия наверняка приобретет большую популярность у художников, а поскольку состав жюри будет меняться, то непредсказуемости, слава богу, премия Кандинского не утратит.
