Цивилизация
— Вы назвали фильм именем города. Париж является главным героем в вашей картине?
— Изначально сюжет этого фильма – Париж. Я хотел рассказать о Париже так, как будто это живое существо. Я хотел показать голову Парижа, его чрево, его задницу. Ведь город живет так же, как и мы с вами.
— В «Париже» играют актеры, с которыми вы начинали свою режиссерскую деятельность: Фабрис Люкини, Карин Виар, Ромен Дюри. В это заложен особый смысл?
— Да, действительно, я работал с Фабрисом Люкини 15 лет назад. После того как я снял несколько картин за границей, мне захотелось снять фильм о моем городе, поэтому я и обратился к тем, с кем работал раньше. Для меня было важно вернуться к истокам во многих смыслах этого слова, рассказать о себе и о «своих».
— Вы провели много времени за границей. Работая над «Парижем», вы снимали город глазами парижанина или иностранца?
— Это город, показанный глазами настоящего парижанина. Я провел много времени в разных странах, и это помогло мне увидеть «свое» другими глазами. Я смог оценить то, чего, быть может, раньше не замечал.
— В фильме вы показали места в городе, связанные с вашими личными воспоминаниями?
— Да. В Париже есть места, либо популярные среди туристов, куда не ходят парижане, либо по-настоящему парижские, куда не ступала нога туриста. Я, к примеру, очень люблю остров Сен-Луи, который находится за Ситэ, и авеню Монтана в северо-восточной части Парижа, здесь как раз и живут персонажи Ромена Дюри и Жюльет Бинош. Есть, конечно, и места, обладающие мировой славой, скажем, Эйфелева башня. Я хотел показать Париж, который знаком всем, и Париж, который знают только парижане.
— Используя прием незавершенности сюжета, какой цели вы хотели добиться?
— Еще до того, как я написал весь сценарий, мой замысел как раз и состоял в том, чтобы закончить фильм на многоточии. Картина должна быть, как жизнь, ведь в жизни мы не знаем, чем завершится каждый из наших эпизодов. И мы живем с этим незнанием конца. Только в кино мы можем наблюдать какую-то завершенную человеческую историю. Мой фильм – это жизнь. Я хотел, чтобы зритель оценил этот город и эту жизнь глазами человека, который, может быть, умрет.
— После первой премьеры «Парижа» какой реакции вы ожидали от парижан? Вы получили желаемый результат?
— Могу сказать, что в каждой стране фильм воспринимают чуть-чуть по-другому, не так, как воспринимают его парижане. Фильм хорошо прошел во Франции. Я очень доволен тем, как отреагировала на него публика. Для меня неожиданно, что фильм хорошо прошел в провинции, хотя у тех людей нет никакой особой связи с парижанами. Для них в картине был некий момент новизны, они открывали то, чего не знали раньше. Так же и вы смотрите этот фильм и видите в нем, может быть, больше интересного для себя, чем увидит парижанин, потому что есть некое измерение экзотичности, неожиданности, какое-то, может, даже туристское.
— Сюжет фильма трагичен, но вы не лишили его комедийности. По-вашему, уместен ли юмор в драме?
— Мне кажется, что это и нужно рассказывать именно таким образом. Не бывает чисто трагических вещей и чисто комических. Больше всего меня трогают такие люди, как Шекспир и Чаплин, которые могут говорить о серьезных трагичных вещах, о нищете человеческого духа, о нищете человека, о действительном ужасе человеческого существования и делать это вот так смешно. Мне кажется, невозможно разделить: с этой стороны у нас трагедия, а с этой стороны — комедия. Важно то, как они сплетаются, как одно вытекает из другого в каждый момент жизни. Мне хотелось использовать именно эти краски.
— Пару лет назад вышел в прокат фильм «Париж, я тебя люблю!». Сюжет фильма схож с сюжетом вашей картины. При создании «Парижа » вы обращались к картине «Париж, я тебя люблю!»?
— Я нарочно его не смотрел. И до сих пор не смотрел. Но те люди, которые видели оба фильма, говорили мне, что они очень отличаются. Мне кажется, что так и должно быть. Ведь фильм «Париж, я тебя люблю!» показан глазами иностранцев, которые открывают какие-то его стороны, а я чувствую себя парижанином, и я давал взгляд изнутри. Взгляд любящего человека изнутри этого города.
— В «Париже» фильме, как и в самом городе, царит особенное настроение. Могли бы вы его охарактеризовать?
— Мне все-таки понадобилось два часа на то, чтобы описать его на экране, как вы думаете, смогу ли я сейчас его в двух словах описать? Я думаю, это непросто. (Смеется.)
— Есть ли что-то, что вам хотелось бы сказать или пожелать вашему российскому зрителю накануне выхода фильма?
>
— Одна из журналисток сказала мне, что, посмотрев этот фильм, она как будто совершила большое путешествие. Может, это я и хотел сказать. Приходите на фильм, это дешевле, чем авиаперелет. Фильм — это всегда попытка перенестись куда-то, совершить путешествие внутрь персонажа, внутрь какой-то ситуации. Мне хотелось в своем фильме рассказать какими-то мелкими вещами о больших, чтобы они выводили какие-то мелкие простые жизненные ситуации к чему-то главному, к чему-то важному. Я хотел сказать людям, даже когда вы идете в булочную, уже что-то происходит. Не пропустите это!
