Цивилизация
Еще лет десять назад такого нельзя было и представить. Здешние фанаты хард-н-хеви привыкли к тому, что почкованием размножается исключительно группа «Ария», а настоящих кумиров детства, звезд летних танцплощадок нам не увидеть никогда. О встрече с Guns'n'Roses речи вообще не шло: Эксл Роуз много страдал над «Chinese Democracy», а его бывший коллега и партнер Слэш развлекался коллаборациями. Теперь их гастрольные графики удивительным образом совпали, в турне этим летом поехали оба: певец выстрадал свой опус магнум, а гитарист записал первый в своей карьере сольный альбом.
До столицы они доехали примерно с месячным интервалом — и такого счастья фанатская душа, повторимся, и не чаяла.
В отличие от Роуза, Слэш свое выступление начал почти без опозданий (Guns'n'Roses, напомним, задержались на три часа): завтра концерт в Питере, а концертная программа включает в себя произведений на без малого два часа. Шоу началось с фанфар и раскатистого сообщения, что прямо сейчас на сцену выйдут Слэш и Майлз Кеннеди (вокалист нынешней слэшевой группы), а кто не спрятался – они не виноваты. Первой композицией стала вступительная «Ghost» с одноименного альбома урожденного Сола Хадсона. С первой же песни стало ясно, почему Слэш выбрал в качестве концертного вокалиста именно Майлза Кеннеди. На записи в «Ghost» поет Йен Эстбери – вокалист группы The Cult, фанат The Doors и обладатель, возможно, самого «моррисоновского» вокала в истории хард-рока.
Так вот, Кеннеди «снял» старшего коллегу почти вчистую, во всяком случае достаточно для живого исполнения.
То же касается и партий Скотта Вэйланда, певшего в предыдущей группе Слэша Velvet Revolver, и Эндрю Стокдэйла, солирующего в новой песне «By The Sword» и даже, да-да, самого Эксла Роуза. Майлз оказался едва ли не лучшим из нынешнего поколения вокалистов-имитаторов, не имеющих собственного стиля, но отменно копирующих любой из более или менее расхожих. Таким образом, публике удалось услышать не только альтернативные (или, быть может, более канонические) версии уже звучавших на концерте Guns'n'Roses «Night Train» и «Rocket Queen», но и героическую «Civil War».
Разумеется, Кеннеди оставался фронтменом лишь по праву наличия микрофона.
Полноценные солирующие позиции он занимал лишь во время исполнения песни собственной группы Alter Bridge, а все остальное время почтительно уступал место своему кудрявому нанимателю. Слэш, в свою очередь, сообщил, что перед московским концертом в группе вышла накладка: бас-гитаристу пришлось отбыть для операции на глазах, а потому на басу играет барабанщик, а на барабанах – техник группы.
Что тут скажешь? Всем бы таких техников.
Раздобревший, но не отказавшийся ни от хард-роковой традиции, ни от знаменитого цилиндра, Слэш большую часть времени провел на авансцене, выпиливая свои бесконечные соло, каждая нота которых, впрочем, была знакома большей части собравшихся. Кульминацией его собственного шоу стала обязательная в этом туре тема Нино Рота из «Крестного отца», эффектно перешедшая в «Sweet Child O'Mine».
Именно на этой композиции и наступил момент истины.
Разумеется, на протяжении концерта поклонники классического Guns'n'Roses помимо своей воли сравнивали два состава, пытались представить себе, что было бы, если бы… Так вот, на «Sweet Child O'Mine» стало ясно, что Слэш запросто уделал своего бывшего коллегу на его же поле (сыграв, например, почти в одиночку за трех нынешних гитаристов G'n'R) , а в битве между неуемными амбициями, истерическим имиджем и музыкой в кои-то веки победила последняя.
