Цивилизация
В Южно-Сахалинске завершился фестиваль «Сахалинский экран». Скандальное, скажем прямо, решение жюри обсуждали и на выходе из местного кинотеатра «Октябрь», на ступенях кинотеатра во время итогового пресс-брифинга, в шатре, где проходил пресс-брифинг, по дороге в отель, за ужином и утром за завтраком. На небольшом, но заметном фестивале, на втором году своей жизни ставшем международным, судьи во главе с актером Леонидом Ярмольником отдали три приза из четырех фильму «Конвой» Алексея Мизгирева. Фантасмагория о двух офицерах, которые должны вернуть в часть сбежавшего солдата, в этом году представляла Россию на Берлинале, а на «Кинотавре» получила премии за лучшую мужскую роль (Азамат Нигманов) и лучшую музыку (Александр Маноцков).
В чем скандал? В том, что «Конвой» плох? Нет, не плох, а даже хорош и вполне достоин приза за режиссуру. Не вызывает протеста и присуждение награды Олегу Василькову за роль конвоира Игната. И в том, что фильм получил Гран-при, также нет ничего вызывающего.
Но все три трофея сразу — это уже повод для разговора.
Обычно фестивали устроены так, что решения по отдельным номинациям принимаются в результате общего обсуждения и редко в отрыве одно от другого. Иначе всякий раз лучший фильм собирал бы все титулы —
ведь странно считать, что в лучшем фильме не лучшим образом обстоят дела с режиссурой или актерской игрой.
Поэтому распределение призов оказывается компромиссом между выбором по «гамбургскому счету» и резонным желанием отметить достойные работы, которых в хорошей программе зачастую может быть больше, чем наград.
В распоряжении жюри были Гран-при лучшему фильму, приз за режиссуру и призы за лучшую мужскую и женскую роли. Плюс возможность вручить специальный приз с произвольной формулировкой. Возможность эта была использована, и китайская картина «Фортепиано на фабрике» получила спецприз за воплощение мечты в искусстве. Лучшей женской ролью назвали работу Марии Шалаевой в «Я буду рядом» Павла Руминова. Остальное — «Конвой».
Так, бывает, поступают, когда хотят сообщить, что прочие фильмы не заслуживают ничего. В случае программы «Сахалинского экрана» это не так.
<1>
Жюри проигнорировало прекрасно выстроенный роуд-муви иранца Мани Хагиги «Скромный прием» про парочку богатых горожан на «Лексусе», которые раздают мешки денег беднякам в горах Курдистана, вступая с ними в словесные и более серьезные перепалки. Это страшно увлекательный фильм, в котором вопрос, чем именно заняты странные дарители, превращает абсурдистскую комедию практически в триллер (в триллер, впрочем, ее превращает и развитие событий).
Хагиги сам написал причудливые ситуации и остроумные диалоги, срежиссировал и под собственным присмотром сыграл мужскую партию в дуэте героев.
Также без призов остались «Самурай без меча» непростого японского комика Хитоши Мацумото и «Последняя сказка Риты» Ренаты Литвиновой, «Орде» (организация запрещена в России) Андрея Прошкина достался специальный приз почетного президента фестиваля Аллы Суриковой, а приз зрительских симпатий отдали «Детским историям» индофранцуза Зигфрида. С оговоркой, что система подсчета голосов не идеальна и на победу в голосовании примерно в равной степени могли претендовать пять фильмов.
За способность «простых» зрителей воспринимать непривычное кино принято опасаться, но в эту пятерку (а голосовать можно было не только за конкурсные фильмы) помимо «Детских историй» вошли не «О чем еще говорят мужчины», «Моя безумная семья» и «Шпион» из программы «Хит сезона»,
а те же «Странный прием» и «Самурай без меча» из конкурса и пара внеконкурсных картин.
Так что и со зрителями, и с программой на фестивале все в порядке, и появление еще одной точки на фестивальной карте выглядит оправданно. Решение же жюри можно отнести к тому роду технических ошибок, которые на фоне увиденного довольно скоро забываются.
