Цивилизация
Два года назад «Ад на колесах» начался со слов «1865-й: Линкольн мертв, вся нация как открытая рана». Эта метафора стала безупречной фабулой для всего сериала. Раны или гниют, или заживают; они или оставляют шрамы, или проходят бесследно. Авторам в равной мере интересны и те, кто пытался вылечить страну, и те, кто паразитировал на болезни. В рядах первых
ветеран-южанин, скитающийся по Америке в поисках убийц жены; бывший чернокожий раб, снова оказавшийся в кабале; вдова инженера, ставшая пешкой в кампании против индейцев; пара предприимчивых ирландских иммигрантов.
Необходимое для страны пассионарное зло олицетворяет магнат, выкачивающий из казны деньги на трансконтинентальную железную дорогу; примкнувшие к нему коррумпированные чиновники и кучка садистов на местах, диктующих волю хозяев простым людям.
Наконец, между силами зла и добра мечутся три других важных общественных института – бордель, тюрьма и церковь.
Символом развития сюжета в сериале служит передвижной лагерь железнодорожников, намеренных сталью связать восточное побережье континента с западным. Его-то и называют «адом на колесах».
За два сезона дорогу не достроили, а нация не возродилась из пепла, но расстановка сил в сериале изменилась. Герой-разбойник на время забыл о личной вендетте и возглавил оппозицию олигарху-диктатору.
Кто победит, до сих пор неясно: канал AMC («Безумцы», «Ходячие мертвецы»), как и HBO, не любит хеппи-энды.
К тому же идея сериала как раз в том и заключается, что система сдержек и противовесов лучше, чем торжество одних методов над другими.
О потребительских качествах «Ада на колесах» лучше всего говорит тот факт, что шоу до сих пор в эфире: вестернам это удается редко. Близкий по духу «Deadwood» канала HBO, тоже пытавшийся смешивать социальные сюжеты с авантюрными, был отменен посреди третьего сезона.
«Ад на колесах», с его тремя миллионами зрителей каждого эпизода, в сетке AMC уступает лишь «Ходячим мертвецам».
Отзывы критиков от сезона к сезону тоже становятся благосклоннее — сказалась замена сценаристов.
Дело здесь не только в правильном балансе между динамикой (перестрелки, аферы, влюбленности) и рефлексией (строительство нации, психологизм чуть ли не в духе «Мандерлея» Ларса фон Триера), но и в настроении момента.
Вестерны в последние годы по каким-то причинам переживают небывалый подъем: Америка интересуется ими почти так же, как фантастикой.
Прошлогодний мини-сериал с Кевином Костнером «Хэтфилды и Маккои» — шекспировская драма на Диком Западе – внезапно стал самой успешной художественной телепередачей за всю историю кабельного телевидения. Примерно тогда же британцы из «Би-би-си» высадились в США с шоу «Copper» (что у нас перевели как «Легавый») – захватывающей историей о том, как создавался Нью-Йорк. В кинотеатрах за последние годы с переменным успехом прошли «Поезд на Юму», «Нефть», «Линкольн» и «Одинокий рейнджер». Эстетику Дикого Запада охотно смешивают с комиксами, фэнтези и фантастикой – см. «Джону Хекса», «Висельников», «Ковбоев против пришельцев» и «Авраама Линкольна: Охотника на вампиров» Бекмамбетова.
Западные обозреватели связывают этот бум с растущим интересом американцев к Гражданской войне и всевозможным историческим реконструкциям ее событий. Этот интерес, в свою очередь, свидетельствуют о существовании сильных противоречий и в современном обществе. «Ад на колесах» даже инициировал серьезную дискуссию в СМИ.
Представителей китайских диаспор возмутило, что в шоу не отображен тот факт, что значительную часть железной дороги построили их предки.
Для российского зрителя этот сериал тоже вполне может стать способом рефлексии политических переживаний. Его история иногда напоминает платоновский «Котлован» (разве что со счастливым концом), а разные милые детали вроде махинаций одного из героев с госзаказами – местную повестку и злобу дня. С этой точки зрения сериал готовит немало чудных открытий: в нем, например,
акцентируется важная роль религиозного чувства в создании гражданского общества и инноваций.
Но на полном серьезе проводить параллели здесь, конечно же, не стоит: как известно из книги экономиста Нассима Талеба «Черный лебедь», любые прогнозы и аналогии хороши лишь тогда, когда останутся в далеком прошлом.
