Цивилизация
На фоне кризиса, связанного с потоком мигрантов, отношение к любому пришлому человеку стало особенно настороженным. Вот и к Джиму Норту (Тим Рот) — новому шерифу городка Литтл Биг Бер — местные жители присматриваются с некоторым подозрением. И ничего удивительного: Норт приехал из Лондона, явным образом скрываясь от своего темного прошлого, о котором можно лишь догадываться по тому, с какой угрюмой радостью он посещает собрания анонимных алкоголиков. Впрочем, прошлое должно оставаться в прошлом. Сейчас Джим послеживает за низким уровнем преступности и медведями, а также ходит на рыбалку и заботится о жене, взрослой дочери и маленьком сыне. Идиллию нарушает прибытие в городок нефтедобывающей компании, с которой Норт, поклявшийся служить и защищать, вступает в противостояние. Сначала к нему придет вежливая женщина (Кристина Хендрикс), а потом и люди с оружием, не догадывающиеся, как выглядит темная половина Джима, которую он каждый день видит в зеркале.
Северная готика снова входит в моду, причем как-то сама по себе, хотя формально в этом, конечно, велика заслуга возрожденного Твин Пикса Дэвида Линча.
Собственно, Линч первым сообразил, что суровый север может быть не менее привлекателен в кинематографическом смысле, чем заболоченный юг. Здесь просто иная специфика — в чем-то близкая скандинавским нуарам, где под внешней тонкой коркой благополучия могут скрываться омуты любой глубины и интенсивности. В случае со «Стальной звездой» Роланд Жоффе (шоураннер сериала и автор фильма «28 недель спустя) выбрал беспроигрышный вариант уже на уровне вводных. Невероятной красоты канадские пейзажи, предполагающие конфликты античного накала и два лучших актера современного кино — освоившийся в сериалах Тим Рот и рыжая звезда «Безумцев» Кристина Хендрикс, на взаимоотношениях которых, очевидно, и будет строиться развитие интриги «Стальной звезды». Добавим к этому еще и реальную актуальность затронутых экологических проблем (за сохранение канадских лесов давно ведется борьба) и поймем, что совершенно естественным шагом было продление «Стальной звезды» на второй сезон уже после показа первого эпизода.
Впрочем, кажется, что дело тут не только в удачном сеттинге и маркетинговом расчете.
Великий немецкий режиссер Вернер Херцог на своих мастер-классах говорит, что зрителя нужно брать в первые десять минут фильма — дальше внимание уже рассеивается и нужного художественного эффекта постановщику никак не достичь. В первую минуту «Стальной звезды» На экране возникает не только лицо очень красиво стареющего Рота, но и лежащий поперек шоссе волчий труп — и эта странная рифма намертво забирает любого, кто ценит жанры вестерна и фильма-нуар и вообще истории, в которых, с героями по большей части не происходит ничего хорошего.
Добра здесь действительно лучше не ждать.
В контексте мирового кризиса — в том числе и идеологического — нет ничего удивительного в популярности мрачных телешоу вроде «Настоящего детектива», «Во все тяжкие» или того же «Твин Пикса». Отличие «Стальной звезды» в том, что речь здесь вообще не идет о постепенном нагнетании тревоги и медленном сгущении мглы. В первой же серии здесь пройдена точка невозврата и взят такой накал, что фантазировать на тему развития этой коллизии попросту не хочется. Зато от экрана, напротив, невозможно оторваться. Связано это и с действительно блестящими актерскими работами: на фоне пряничной канадской пасторали старый полицейский волк и корпоративная рыжая бестия уже чисто визуально смотрятся крайне выразительно. Но куда важней в том, что завязка «Стальной звезды» дает заявку на создание не просто очередной духоподъемной кинобеллетристики, а на высокую трагедию — жанр, в котором Рот хорош еще со времен «Бешеных псов».
