Цивилизация
Четверо студентов-медиков во главе с энергичной Кортни (Эллен Пейдж) по очереди проходят через опыт смерти под присмотром коллег. У каждого свои мотивы и свои последствия. За первой эйфорией, естественной для любого (в том числе и медицинского) воскрешения, приходят неприятные ощущения и подозрительные видения, стирающие грань реальности. Кортни начинает являться ее погибшая в автокатастрофе сестра, Джейми (Джеймс Нортон) — брошенная беременной бывшая подружка. У остальных двоих дела не лучше, и что с этим делать — решительно непонятно.
Датский режиссер Нильс Арден Оплев начинал с независимого кино и сериалов на родине, потом получил «Золотого льва» Берлинале за гражданственную семейную ретро-драму «У нас все получится», а вскоре внезапно экранизировал «Девушку с татуировкой дракона» Стига Ларссона и, что называется, проснулся знаменитым. Дальнейшее развитие его карьеры ярчайшим образом образом иллюстрирует присказку из фильма «Бриллиантовая рука»: «Куй железо, не отходя от кассы».
В десятых он занимается в основном тем, что снимает серии различных сериалов, особенно не разбирая дороги — от «Мистера Робота» до «Под куполом».
Все это свидетельствует о неодолимом желании пробиться, наконец, в Голливуд, но все попытки полнометражных опытов производят впечатление какого-то особенно нелепого недоразумения.
Это случилось и с «Коматозниками» — ремейком фильма Джоэла Шумахера 1990 года, который всякий киноман, выросший в девяностые, по сей день вспоминает и пересматривает с известной теплотой. Идея, так сказать, обновить картинку культовых картин позапрошлого десятилетия уже не раз отдавалась проклятиями в адрес авторов, но здесь мы имеем дело с казусом вроде недавнего ремейка «На гребне волны». «Коматозники» Шумахера это, конечно, не поколенческий манифест и не столбовая классика (каковыми многие считают серферский боевик Кэтрин Бигелоу), но все же кино энергичное и изобретательное.
Среди прочего, фильм собрал лучших артистов поколения — главные роли сыграли Кевин Бэйкон, Уильям Болдуин, Джулия Робертс и Киферс Сазерленд (его шуточное камео — лучшее, что есть в ремейке), но главное — это изобретательность и визионерский талант оператора Яна де Бонда, снявшего посмертные видения с размахом MTV золотой эпохи.
Двигателем же сюжета там был азарт игроков в медицинскую версию русской рулетки, который придавал действия, в основном происходящему в операционной, необходимый драйв.
В принципе, если бы Оплев смог найти подходящих молодых артистов и просто покадрово переснять картину Шумахера, это было бы по-своему любопытно — в том числе и для фанатов первого фильма. Можно было пойти и иным путем — прибегнуть к помощи новых технологий, превратить готический по духу триллер во что-то футуристическое. Однако режиссер не пошел ни по одному из этих путей, предпочтя сделать кино, которое мог бы снять проанализировавший хорроры последних лет робот-статистик. Главный герой в русле феминистского тренда стал героиней (это, впрочем, скорее неплохо).
Как только в кадре гаснет свет, начинают раздаваться какие-то шаги и шорохи (чтобы было страшно).
Кроме того, героев почему-то преследуют исключительно девушки со спутанными волосами и налитыми кровью глазами, хотя казалось, что впечатления от фильма «Звонок» уже давно должны были как-то улечься. Проще говоря, провести эти без малого два часа можно с куда большей пользой — например, пересмотреть оригинальную картину, которая до сих пор способна доставить удовольствие самому широкому кругу зрителей.
И кстати, если уж продюсерам так хотелось заработать на ностальгии, то куда интереснее было бы собрать оригинальный кастинг и устроить им новое путешествие на ту сторону, благо выглядят Робертс, Сазерленд, Бэйкон и Болдуин сегодня едва ли не лучше, чем 27 лет назад.
