Цивилизация
В понедельник Московский окружной военный суд взыскал около 7 млн рублей в пользу бизнесмена Константина Барковского, дважды оправданного по делу об убийстве журналиста Дмитрия Холодова. «Суд постановил частично удовлетворить иск Барковского и назначить ему компенсацию в размере 6 млн 687 тыс.157 рублей», — сообщил пресс-секретарь суда Александр Минчановский.
Лейтенант запаса Барковский требовал возместить ему более 8 млн рублей. Истец находился под стражей во время как предварительного, так и судебного следствия. По мнению предпринимателя, за время уголовного преследования ему был причинен моральный вред, а также вследствие необоснованного содержания под стражей в течение четырех лет и двух месяцев состояние его здоровья значительно ухудшилось. Кроме того, как указывает Константин Барковский, в течение длительного времени должностные лица распространяли через СМИ информацию о его причастности к совершению тяжких и особо тяжких преступлений, чем был причинен существенный ущерб «его доброму имени, чести, достоинству и деловой репутации».
Признав необходимость материальной компенсации, суд отклонил требование предпринимателя о принесении ему официальных извинений со стороны Генпрокуратуры, поскольку ранее ему уже принесли извинения со стороны Главной военной прокуратуры, сказал Минчановский.
«Большой ошибкой и глупостью» назвал судебное решение о выплате компенсации Барковскому главный редактор газеты «Московский комсомолец» Павел Гусев.
«Мне стыдно за такие решения, — отметил он в эфире радиостанции «Эхо Москвы». — Это очередной подвиг российского судопроизводства, которое устанавливает свои рекорды ежедневно». «То, что происходит с делом Холодова, — это абсолютная профанация, разработанная высокопоставленными бывшими военными и сотрудниками спецслужб, которые не дают в обиду своих», — заметил Гусев. В пользу этого утверждения, по его словам, говорит тот факт, что дело в отношении людей, которые давно не являются военными, рассматривалось военным судом. «Все было направлено только на одно — что они невиновны, хотя все доказательства говорят об обратном», — заявил редактор.
Корреспондент «Московского комсомольца» Дмитрий Холодов был убит 17 октября 1994 года. Через 10 лет, в июне 2004 года, Московский окружной военный суд полностью оправдал шестерых обвиняемых в убийстве журналиста — полковника ВДВ Павла Поповских, командира отряда 45-го полка ВДВ Владимира Морозова, его заместителей Александра Сороку и Константина Мирзоянца, замглавы частного охранного предприятия РОСС Александра Капунцова, а также предпринимателя Константина Барковского. Суд пришел к выводу, что прокуратура не представила убедительных доказательств их причастности к этому преступлению, и постановил вернуть дело в Генпрокуратуру «для производства дополнительного расследования и установления лиц, подлежащих наказанию».
Барковский стал третьим из бывших обвиняемых, частично удовлетворивших свои иски к Генпрокуратуре.
Сразу после того, как Военная коллегия Верховного суда 14 марта 2005 года подтвердила законность оправдательного приговора и он вступил в законную силу, экс-начальник разведки ВДВ подал в суд иск о возмещении морального ущерба. Решение по данному иску — о выплате Поповских 2,5 млн руб. компенсации — было принято Верховным судом в августе 2006 года. Кроме того, Генпрокуратуру обязали публично извиниться перед полковником, которого следственные органы называли организатором преступления. Сделать это должна была 1-й замначальника управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры Ирина Алешина, выступавшая гособвинителем на процессе об убийстве Холодова. От имени государства Алешина должна была попросить прощения у Павла Поповских через центральные телеканалы и другие СМИ. Но представители Генпрокуратуры и Минфина решение МОВСа незамедлительно обжаловали.
В итоге Верховный суд оставил Поповских 2 млн рублей компенсации, но освободил Генпрокуратуру России от необходимости извиняться перед истцом.
Следователи вспомнили, что Поповских не был оправдан военным судом по статье о превышении должностных полномочий: дело было закрыто по истечении срока давности. Правда, Поповских не успокоился и в 2006 году подал в Тверской суд Москвы второй иск, в котором потребовал от государства компенсировать ему моральный ущерб, причиненный «необоснованными обвинениями» Генпрокуратуры и содержанием под стражей в течение 52 месяцев. Полковник оценил этот ущерб в 52 млн рублей. Суд иск удовлетворил, но вместо требуемых миллионов присудил только 150 тыс. рублей.
Второй бывший обвиняемый, военнослужащий Константин Мирзоянц, напротив, получил от Генпрокуратуры только официальные извинения и ни копейки компенсации.
Произошло это в ходе процесса по иску Мирзоянца, в котором он настаивал на возмещении вреда, причиненного ему незаконным уголовным преследованием. «Генпрокуратурой официально принесены извинения. Соответствующие документы отправлены по месту жительства Мирзоянца и по месту его работы», — заявил представитель прокуратуры. Правда, сразу после этого ответчик попросил суд отказать истцу в материальной компенсации, сообщает РИА «Новости». Речь идет о сумме в 10,8 млн рублей, которая складывалась из оплаты услуг его адвоката, а также из зарплаты, не полученной Мирзоянцем в связи с четырехлетним содержанием в СИЗО «Лефортово».
Представители Генпрокуратуры сообщили, что уверены: истец, перед которым они извинились, не имеет никакого права на компенсацию. В частности, сообщили ответчики, Мирзоянц не был оправдан судом по ст. 244 УК РСФСР (нарушение уставных правил при отсутствии отношений подчиненности) — дело просто было закрыто по истечении срока давности, и поэтому его нельзя считать полностью оправданным, а значит, и подпадающим под реабилитацию.
Пока Генпрокуратура разбирается со старыми фигурантами «дела Холодова», ее сотрудники все еще ищут настоящих убийц корреспондента «Московского комсомольца», погибшего в редакции 17 октября 1994 года при взрыве бомбы-ловушки, заложенной в дипломат. Дело было возвращено следствию, и теперь прокуратуре предстоит установить лиц, действительно причастных к взрыву в МК. Между тем родители погибшего журналиста считают, что изначально следствие правильно установило людей, причастных к гибели их сына. «У нас эта уверенность осталась, но мы не можем это доказать. Раз так, пусть живут как хотят с тем, что у них в душе», — сказала Зоя Холодова в интервью «Интерфаксу».
