— Вас не задевает, что зрители больше ждали драки, чем красивого хоккея?
— Может быть, в этом что-то есть. Хоккей — это ведь зрелище, в котором публику привлекают не только заброшенные шайбы и эффектные передачи. Не зря ведь в НХЛ бойцы пользуются не меньшей популярностью, чем признанные бомбардиры и надежные вратари.

— Драки на льду возникают спонтанно, или еще до начала игры возникает ощущение: что-то будет?
— Обычно спонтанно. Бывают, конечно, случаи, когда знаешь: в команде соперников есть достойный противник. Тот же Бульин перед московской встречей проанонсировал свои намерения в телеинтервью и даже руки специально обмотал.

— У вас такие случаи бывали?
— Перед началом сезона съездил попрактиковаться на турнир в Подольск. У меня тогда еще не был подписан контракт со СКА, вот и отправился в какую-то команду «Промбытснаб». Исключительно чтобы побиться на льду с Михаилом Стрелковым из «Витязя». Он вообще считается тафгаем высокой квалификации, а в последнее время здорово прибавил в этом компоненте.

— Вы утверждаете, что в детстве не занимались боксом и все навыки приобрели как уличный боец…
— У меня брат серьезно занимался различными видами единоборств и частенько использовал меня в качестве спарринг-партнера. Чтобы не быть мальчиком для битья, приходилось использовать различные растяжки, ну, и удар ставить.

— Кого вы считаете самым достойным соперником в суперлиге?
— Хабаровчанина Андрея Срюбко. Только с ним очень трудно сойтись на льду. Я обычно не провоцирую соперника, и Андрей не имеет такой привычки.

— Самым знаменитым вашим поединком стал бой с чехом Иржи Шлегром в матче «Северсталь» — «Авангард»…
— Ну, Шлегра-то и бойцом назвать сложно. Просто это был матч за медали. Поэтому и запомнился. Я там еще на перчатку наступил, и получилось далеко не так, как планировалось.

— В жизни вы очень спокойный и уравновешенный человек. Сколько времени нужно для того, чтобы превратиться в Юдина-бойца?
— За секунду. И на льду, и в повседневной жизни я мгновенно свирепею, когда меня задевают. Правда, в последнее время вне хоккея такое случается нечасто. Раньше бывало, но сейчас меня все больше окружают хорошие люди.

— Правда ли, что вы увлекаетесь шахматами?
— Правда. Вместе с женой и двумя дочерьми (старшей 9 лет, младшей — 6) проводим семейные турниры. Пока удается их обыгрывать. Дедушка, который и меня научил играть, внучкам поддается. Я себе такого не позволяю. А то ведь будут говорить в школе, что обыгрывают папу.

— Известно, что братья Кличко также большие поклонники Каиссы. А вы бы могли вызвать кого-нибудь из них не на шахматный поединок, а на бойцовский на льду?
— Без проблем. Многие боксеры уже пытались встать на коньки и помахать кулаками. Ничего хорошего из этого не получалось. У нас ведь своя специфика.

— Что для вас ценнее — неофициальный титул лучшего бойца суперлиги или победа в конкурсе на силу броска на матче звезд?
--Конечно, звание сильнейшего тафгая. Пусть и неофициальное.

— Вопросом о нападении на Салфицки вас, наверное, уже достали?
— Не без этого. Но я не считаю, что нарушил какой-то кодекс хоккейной чести. Голкипер ЦСКА спровоцировал драку, и наказывать за это нужно независимо от амплуа хоккеиста. Будь на его месте знаменитый тафгай из НХЛ, я бы точно так же вступил в поединок.