Цивилизация
В четверг в Мосгорсуде состоялись прения сторон по делу 30-летнего юрисконсульта Дмитрия Виноградова, расстрелявшего коллег в офисе аптечной сети «Ригла». Пожизненный срок для подсудимого в зал суда пришел просить лично прокурор города Москвы Сергей Куденеев.
Крупный мужчина в кителе с погонами государственного советника юстиции 2-го класса (аналогичны погонам генерал-лейтенанта) уселся рядом с прокурором Александром Ремизовым, участвующим в процессе с самого начала. Его речь, изобличающая смотрящего в пол молчаливого субтильного клерка, звучала громко и выразительно.
«Подсудимый жестоко и даже спокойно расправился с людьми, которые не только не сделали ему ничего плохого, но и вовсе некоторые были незнакомы. Как человек мог дойти до такой жестокости? — чеканил прокурор. — Он жил среди нас и ненавидел нас».
По его словам, будучи обычным клерком, Виноградов «накапливал в себе желание прославиться, показать свою значимость». «У него имелись не исключающие его вменяемость отклонения в развитии», — подчеркнул Куденеев. Застенчивость, малообщительность и обидчивость — отметил прокурор качества, по его мнению, присущие Виноградову, который переживал «собственную неполноценность», а поступки окружающих трактовал как направленные против него.
Вспомнил прокурор и о взаимоотношениях скромного юриста с 26-летней сотрудницей «Риглы» Анной Казниковой, разлад в отношениях с которой, по словам матери Виноградова, спровоцировал длительную депрессию, закончившуюся драмой в офисе «Риглы».
По его словам, после отказа молодой женщины продолжать встречаться будущий «русский Брейвик», как окрестили Виноградова СМИ, «отгородился и увидел во всех врагов». Несмотря на сомнения относительно психического здоровья Виноградова, которые возникли у родителей и врачей задолго до трагедии, заставить его лечиться принудительно не позволяло законодательство, построенное на принципе добровольного лечения.
«Прошу суд не принимать во внимание его показания о том, что он не знает, почему совершил такое преступление, — обратился к судье Куденеев. — Все преступление — результат продуманного плана». Это выразилось в приготовлении к преступлению — заблаговременной покупке ружей и патронов.
Настаивая на признании Виноградова виновным еще и в призывах к экстремизму, Куденеев предположил, что, выкладывая в социальной сети «ВКонтакте» свой манифест, юрист возомнил себя «вершителем судеб других людей». «Люди — генетический мусор и потому должны быть уничтожены», — пересказывал прокурор идеи манифеста, в котором люди как биологический вид названы ошибкой эволюции и компостом. По его мнению, в тексте содержатся призывы «убивать каждого вне зависимости от пола, расы и какой-либо принадлежности», «убивать любого человека, потому что он человек».
«Виноградов — трусливый человек, ему не хватило выдержки построить отношения и семью. Он хотел создать себе ореол мученика за идею», — убеждал прокурор.
«Виноградов перешел черту добра и зла и представляет опасность для окружающих. Достаточной мерой наказания для него была бы смертная казнь. Однако закон не представляет такой возможности, — чеканил государственный советник юстиции 2-го класса. — За массовое убийство людей Виноградов заслуживает пожизненной изоляции от общества». При этом обвинитель добавил, что суду необходимо назначить Виноградову принудительное психиатрическое лечение по месту отбывания наказания.
Следующим выступлением в суде была эмоциональная речь Сергея Бирюка, потерявшего в бойне родного брата.
«К сожалению, законом не предусмотрены медленное четвертование или возможность родственникам зайти в клетку с убийцей, — говорил Бирюк.
— Поэтому любое назначенное наказание не представляет для нашей семьи никакой ценности. Наша семья доверяет гособвинению право требовать наказание... Я уверен, что тюрьма станет последним домом кровавого убийцы невиновных людей».
Остальные присутствующие потерпевшие или их представители поддержали позицию гособвинения.
Против сурового наказания выступил адвокат Виноградова Александр Савенков. «Защита не может отрицать фактических обстоятельств этого дела», — начал он свою речь. Савенков признался, что не может ничем оправдать трагедию, отнявшую человеческие жизни.
«Защита ставит под сомнение, что все эти действия обвиняемый совершил в трезвом уме. Здоровый человек не может совершить такое. Защита просит обратить внимание на состояние здоровья обвиняемого», — обращался к суду адвокат.
Ранее даже официальная экспертиза признала наличие у Виноградова шизотипического личностного расстройства, а мать стрелка рассказала суду, как он наблюдался у психиатра, выписавшего пациенту сильные антидепрессанты.
Кроме того, манифест Виноградова, по мнению адвоката, не подпадает под ст. 280 УК (призывы к экстремистской деятельности).
Его текст, по мнению Савенкова, во-первых, явно написан в болезненном состоянии, а во-вторых, не содержит призывов к противоправным действиям по признаку расы, пола, вероисповедания или национальности — в манифесте Виноградов призывал уничтожить все человечество.
Кроме того, адвокат просил принять во внимание общественную деятельность обвиняемого — участие в фонде защиты дикой природы, положительные характеристики. По мнению защиты, Виноградов нуждается в принудительном лечении, но не подлежит уголовной ответственности.
Последнее слово суд, как положено, предоставил самому обвиняемому.
«Я не хотел убивать никого, — тихо и неуверенно произнес Виноградов, подойдя к микрофону в стенке «аквариума». — Манифест не хотел писать в таком виде. Какое может быть самоутверждение... я сам хотел застрелиться... Могу сказать: не берите с меня пример».
Закончив на этом, Виноградов вернулся на скамью подсудимых, а судья объявил дату оглашения приговора — 9 сентября.
